Европа и миграция: мифы и реальность

Число новых рабочих мест по странам ЕС, млн, 2023 г.

Подсчеты МВФ показывают, что к 2030 г. вклад от миграционного притока в совокупный ВВП еврозоны составит 0,5% — это больше половины всего ожидаемого прироста ее экономики. Насколько экономика ЕС зависит от «импортного» человеческого капитала, говорит тот факт, что эти полпроцента вносят новые его жители, численно составляющие не более 3% населения континента.

В докладе МВФ подчеркивается, что беспрецедентный как по количеству, так и по трудовым компетенциям приток украинских мигрантов может влить в экономику ЕС свежую кровь. При условии, что украинские переселенцы в Евросоюзе сохранят в последующие шесть лет юридический статус «наибольшего благоприятствования», рост европейской экономики к 2030 г. может составить 0,7% (без учета этого фактора Евростат называет цифру минус 0,36%).

Строить долговременные прогнозы роста ВВП, отталкиваясь исключительно от вероятного числа трудовых мигрантов, — дело очень ненадежное, считает завкафедрой народонаселения экономического факультета МГУ Владимир Ионцев.

«Результаты привлечения мигрантов зависят не только от их количества, но и от качества рабочей силы. Есть такие категории приезжих, которые находят всяческие лазейки, чтобы сесть на социальные пособия, нарожать детей и на этом их „вклад“ в экономику принимающей страны и ограничится. Сама по себе высокая квалификация той или иной группы мигрантов также не дает гарантий, что они станут локомотивом роста экономики этой страны.

Надежды МВФ на то, что таким локомотивом могут стать украинские работники, не учитывают политическую составляющую. Из четырех миллионов украинцев, получивших временный статус в ЕС, большая часть не рассматривает принявшие их страны как постоянное место жительства — они просто пережидают там геополитическую неопределенность. Поэтому включать эту рабочую силу в прогнозы роста европейского ВВП на перспективу через шесть лет — это очень абстрактный прогноз», — сказал он «Эксперту».

Обратная сторона миграции

У миграционного трудового рекрутинга есть оборотная сторона, и именно она подпитывает антииммиграционные сентименты. Система соцобеспечения стран ЕС плохо справляется с таким количеством новоприбывших — это касается социального жилья, мест в школах и других сервисов. МВФ считает, что затраты на обустройство новых мигрантов съедают около 0,2% ВВП еврозоны.

В опросе Евробарометра весной 2024 г. беспокойство из-за наплыва мигрантов озвучило около 25% респондентов (впрочем, это спад по сравнению с пиковым 2015 г.), но такая неприязнь носит преимущественно культурологическую окраску, а не социально-экономическую.

Также противники миграции указывают на понижающее давление на зарплаты, которое провоцирует приток дешевой рабочей силы, так как мигранты в целом моложе и менее образованные, чем местные. Контраргументом является то, что местные работники, как правило, обладают более высокой квалификацией, чем новоприбывшие. Следовательно, приезжие не могут создавать зарплатную конкуренцию местным внутри одного сектора или предприятия (производительность труда мигрантов в среднем на 20% ниже, чем у местного населения, — за исключением украинцев, образовательный и профессиональный уровень которых не уступает европейскому).

Поэтому приоритетной задачей национальных властей МВФ называет ускорение интеграции мигрантов в местные сообщества — что повысит их зарплатные ожидания и тем самым нивелирует понижающее влияние на оплату труда.

Доля жителей стран ЕС, рожденных за его пределами, %%, 2023 г.

Однако эти шероховатости не меняют в целом позитивного влияния миграции не только на экономическую, но и на демографическую ситуацию в Европе. В прошлом году впервые за десятилетия население Старого Света стало… нет, не молодеть, но стареть более медленными темпами (доля европейцев старше 65 лет сегодня составляет 34%).

Также прирост населения ЕС, пусть механический, в 2023 г. обогнал естественную убыль на 0,6%, поменяв вектор впервые за несколько десятков лет. За пределами ЕС аналогичная картина после 2022 г. наблюдается в Великобритании, Канаде и США.

У властей стран ЕС нет особой свободы действий при выборе — привлекать мигрантов или нет. Но делать это надо, четко отделяя трудовых мигрантов от экономических и политических нахлебников, считает Владимир Ионцев.

«Замещение местной рабочей силы иностранной началось в Европе не вчера. Еще Евросоюза не было, а вошедшие в него позднее страны уже не могли обходиться без гастарбайтеров: во Франции это были преимущественно выходцы из бывших африканских колоний, в Германии — турки. Независимо от политической воли европейских правительств, потребности экономики всегда перевешивают.